Меня вызвал к себе 1-й секретарь Елабужского ГК КПСС Салих Галимзянович Габдуллин и строго спросил: «Какие есть у парткома предложения о кандидатуре?» Я прокомментировал В.А. Шуваева, В.М. Ульянова и С.А. Фельдмана. Салих Галимзянович одобрил предложенные кандидатуры, но, сделав большую паузу, мягко, без нажима сказал: «Эрнст Андреевич, я уважаю мнение парткома, но прошу Вас на этот раз, уступите мне, так как имеется заслуженная кандидатура, но не из коллектива НГДУ «Прикамнефть» и она согласована с руководством объединения «Татнефть», а предложенные Вами товарищи пусть будут первым резервом на следующие выдвижения». В ответ я выразил несогласие и настаивал на своих кандидатах. В дальнейшем я сказал ему, что Салих Галимзянович, «кота в мешке» не берут на такую ответственную должность.
В 1973 году начальник НГДУ «Прикамнефть» Б.Л. Сапгир был переведен на работу в Западную Сибирь и встал вопрос о назначении нового начальника.
Ровно в 13.00 я поднял трубку телефона, желая доложить 1-му секретарю горкома партии, что его поручение выполнено, но Салих Галимзянович сказал: «Молодцы, я уже знаю. Только что Би-би-си сообщило, что произошла ошибка в информации, в действительности рабочие НПУ «Прикамнефть» все получили аванс».
Вызвав В.И. Лядова, мы долго убеждали его о долге коммуниста спасти честь НПУ «Прикамнефть», района республики, СССР от происков империализма. Наконец-то он сдался и выложил деньги, рабочие получили аванс.
Члены парткома дружно обрушились с критикой на А.С. Новоселова, доказывая его политическую недальновидность. В конце разбирательства главбух получил партийное взыскание, а мы стали думать, где срочно можно найти деньги. Я высказал предложение о вложении своих сбережений, но, увы, набрать 5 600 рублей не смогли и были в отчаянии. Тогда мой заместитель Лидия Ивановна Зайцева сказала, что точно знает, такие деньги есть у члена партии геолога НПУ В.И. Лядова, ее соседа. Якобы он снял со сберкнижки на покупку автомобиля.
Я быстро собрал всех членов парткома и пригласил для отчета главбуха Александра Степановича Новоселова, который спокойно объяснил, что деньги не получены одним цехом, просто не успели сдать нужные документы в госбанк, до 12.00 завтра все получат деньги.
Дела вроде бы шли нормально и вдруг, ближе к обеду, раздался звонок по прямой линии с 1-м секретарем ГК КПСС Салихом Галимзяновичем Габдуллиным, который повышенным тоном спросил меня: «Эрнст Андреевич, где у тебя находится партбилет?» Я испугался, думая, что, может быть, потерял его, схватился за левый внутренний карман пиджака (там было принято всегда с собой носить партийный билет), и, радуясь, ответил: «На месте, у левой груди». «На месте-то на месте, но можешь лишиться его, если не выдашь сегодня до 13.00 аванс рабочим! Ты разве не знаешь, что радио Би-би-си уже сообщило на весь мир, что рабочие НПУ «Прикамнефть» не получили аванс. Это же политический скандал! Решай и в 13.00 доложи мне!»
Приступив в 1968 году к работе освобожденным секретарем парткома НПУ «Прикамнефть», я усек для себя, что главное – это тесная связь с людьми, знание их настроения, нужд, возможности участия в общем деле, забота, помощь в трудовой деятельности и житейских вопросах. На это нацелил всех членов парткома, секретарей партийных организаций, подразделений.
Би-би-си и партбилет
С таким напутствием я был избран секретарем парткома, проработал 5 лет и горжусь тем, что мой труд на «нефтяной ниве» оценен правительственной наградой-медалью «За трудовую доблесть».
« - А скажи, молодец, одну из главных деталей станка-качалки, - я ответил «трос», а какая гайка крепит этот трос?» Я, конечно, не знал и наобум сказал, что первое пришло в голову: «М-30 с левой резьбой». Он посмотрел внимательно на меня, встал, пожал руку и сказал: «Быть тебе секретарем парткома. И еще даю тебе наказ - зажми этого хитрого Сапгира, чтобы он не только нефть добывал, но и активно участвовал в наших партийных делах!».
Оторвавшись от бумаг моего дела, он сказал: «Что встал так далеко от меня, ближе, и хорошо, что Вы не забыли мою дату рождения. Но это не главное, а главное тебе надо знать людей и нефтяную технику». Потом испытывающе взглянул на меня и спросил:
Однако, подчиняясь партийной дисциплине, я поехал. Долго стоял у кабинета С.Л. Князева, пытаясь угадать линию беседы, исходя из опыта работы в ВЛКСМ. Люди приходили, уходили, громко рассуждая о том, как поздравили Сергея Львовича. Когда меня пригласили в кабинет, я встал в торце длинного приставного стола и с вдохновением поздравил С.Л. Князева с днем рождения.
Перед выездом со мной беседовал начальник НПУ «Прикамнефть» Борис Лейбович Сапгир, который дал полную инструкцию о моем поведении и заметил непредсказуемость характера «патриарха» татарских нефтяников. Затем мне давал наставления Фоат Фатыхович Ахсанов - зам.начальника НПУ по общим вопросам, ранее он работал 2-ым секретарем ГК КПСС и был не раз на приеме у С.Л. Князева. Он настолько «запугал» меня, что у меня появились мысли об отказе от должности и поездки в Казань.
Практика тогда была такова, что перед выборным партийным собранием кандидат должен пройти собеседование с курирующим инструктором, зав.отделом или секретарем Татарского обкома партии. Учитывая, что парторганизация НПУ «Прикамнефть» являлась крупнейшей в Елабужском районе (301 член КПСС), меня вызвал на беседу 2-й секретарь ОК КПСС Сергей Львович Князев.
В 1968 году Елабужский горком КПСС выдвинул мою кандидатуру на должность освобожденного секретаря парnкома НПУ «Прикамнефть».
«Гайка М-30»
За время работы в НПУ «Прикамнефть». Автор Эрнст Сафронов
Версия для печати. Материал с Интернет-портала Группы «Татнефть»
Версия для печати
Комментариев нет:
Отправить комментарий